Язык: Русский     Français     Anglais     Поиск по сайту:

« Геополитика новой мультиполярности »

Date de publication: 27.05.2014



 « Геополитика новой мультиполярности »

Сржда Трифкович

 Конференция в ИДС, 27 мая 2014 года

 

В апреле 1904 года шотландский географ Хэлфорд Маккиндер выступил с речью в Королевском географическом обществе. Его доклад "Географическая ось истории" произвел фурор. Он стал основополагающим текстом геополитики как отдельной науки. По Маккиндеру, гегемония над миром реальна в случае установления контроля над Мировым островом - Евразией. Сердцем этого Мирового острова является Хартленд, расположенный на территории от Волги до Янцзы и от Гималаев до Арктики. Маккиндер утверждал: «Мой интерес лежит скорее в области изучения всеобщего физического регулирования, нежели в сфере изучения причин всеобщей истории».

 

Четырнадцать лет спустя, по окончании Великой войны, Маккиндер, глубоко озабоченный тем, что он считал императивной необходимостью, а именно установлением буферной зоны между Германией и Россией, резюмировал свою теорию следующим образом:

 

«Кто контролирует Европу, тот командует Хартлендом;

Кто контролирует Хартленд, тот командует Мировым островом;

Кто контролирует Мировой остров, тот командует миром»

 

Эта максима помогает нам в интерпретации кризиса на Украине. Она также проливает свет на мотивацию некоторых американских руководителей, желающих дальнейшего расширения НАТО на Восток.

 

С момента своего появления модель Маккиндера претерпела множество изменений. В своей книге, опубликованной в 1942 году, «Американская стратегия в мировой политике» Николас Спайкман стремился «выработать выдающуюся стратегию как войны, так и мира, зиждующуюся на результатах географического положения США в мире». В XIX веке, по мнению Спайкмана, российский натиск из пределов Хартленда столкнулся с морской мощью Британии – то, что окрестили «Большой игрой». Спайкман полагал, что призвание США – перенять по окончании Второй мировой войны британскую роль. За шесть месяцев до Сталинградской битвы Спайкман писал: «российское государство от Урала до Черного моря едва может быть  предпочтительней, чем немецкое государство от Урала до Черного моря». Согласно Спайкмену, ключевой регион мировой политики – приморская зона Хартленда, которой он дал название «Римланд». Тем самым, он пересмотрел формулу Маккиндера в пользу следующей версии: «кто контролирует Римланд, тот командует Евразией; кто контролирует Евразию, тот командует миром».

 

Спайкман умер в 1943 году, но четыре года спустя его идеи были положены в основу стратегии сдерживания, одобренной Гарри Трумэном. Средоточием американской стратегии в период Холодной войны был контроль над Римландом: от Норвегии до Греции и Турции через Центральную Европу. Именно для этого в 1949 году был создан НАТО. После распада СССР в 1991 году сдерживание в короткий срок превратилось в массивное «вытеснение». В 1999 году Билл Клинтон нарушает обещание, данное его предшественником о нерасширении НАТО. Отныне Альянс достиг границ Российской империи. В 2004 году вторая волна расширения – интеграция стран Балтии – вывела НАТО фактически к окраинам Санкт-Петербурга.  Все это время Украина оставалась краеугольным камнем, главным кушем в стратегии ограничения выхода России к морю в Черноморском регионе. Украина – стратегический  кинжал, приставленный к подбрюшью России.

Американский Drang nach Osten – абсолютно логичный план с точки зрения «талассократии». Для либерально-мондиально-неоконсервативной двупартийности, делящей власть в Вашингтоне, нет лучшего сценария, гарантирующего американское доминирование над европейским Римландом, чем вовлечение Европы в орбиту влияния НАТО (т.е. США), а также, в частности, подорвать всякое российско-немецкое сближение. Это – новая версия плана Анаконды.

 

Уступить капризам руссофобов.

[Антироссийская – прим. пер.] одержимость вашингтонсткой двупартийности стала результатом определенных политических позиций бывших субъектов России: Варшавы, Таллина и Львова. Однако, в действительности, эти политические позиции  противоречат истинным нуждам европейской и американской безопасности. Расширение НАТО приводит к тому, что российские боеголовки до сих пор направлены на крупные американские города. Возможно, это не столь важно для жителей Риги или Бухареста, но это должно беспокоить ньюйоркцев и жителей Сиэтла. Восточным европейцам с их антироссийской одержимостью может нравиться играть в старые геополитические игры. Их пронацистские настроения будут терпеть либо просто отрицать, также как отрицались джихадистские настроения противников президента Ассада в Сирии. Мы можем понять (хотя и не разделяем их точку зрения), почему жители Галиции или Латвии заинтересованы – подвержены психологической зависимости – в восприятии России в качестве основного врага. Но ни США, ни Европа не обязаны разделять эту одержимость. Все эти страны заявляют о своей приверженности к различным постмодернистским догматам (как крайней мере тогда, когда они не маршируют под красно-черными знаменами СС «Галичина»), но истинных их целей две: они хотят американских гарантий в борьбе с Россией, а также стремятся упрочить их собственное положение по отношению к их национальных оппонентам и по отношению к их соседям, с которыми у них может выйти конфликт.

 

Все вышесказанное – первостепенная задача для Украины. Западные журналисты и политики говорят об «украинском народе», но никакой единой нации на Украине не существует. Лингвистическое разделение страны отражает фундаментальное культурное и психологическое различие, которое не ограничивается лишь противоположными взглядами на Евросоюз или НАТО. Речь идет о различии между двумя фундаментально несовместимыми идентичностями. Само по себе, это различие можно сравнить с расслоением карты американских избирателей во время президентских выборов 1860 года.

 

Также как и США накануне гражданской войны, Украина – страна, разделенная на две равные составляющие. Она может стать однообразной лишь в случае гражданской войны. «Унионисты» (ультранационалисты из Галиции) не должны надеяться на то, что они смогут подчинить и перекроить «Новороссию» на свой манер, переформатировав ее жителей по образу «Украины», основанной на животной ненависти к России. Жители Новороссии никогда не станут «украинцами» традиций Степана Бандеры, но и не смогут переубедить западных украинцев и построить дружественное России государство, чье призвание будет заключаться в установлении тесного сотрудничества с Москвой. Украина – жалкое, несостоявшееся государство, чьи граждане в большинстве случаев вооружены и агрессивны. Это – угасающее государство, которое еще прошлой осенью имело прекрасной будущее. Западное вмешательство сделало из Украины беспросветный кошмар. Любая великая держава, попытающаяся взять под контроль всю эту страну, лишенную разума, неизбежно хлебнет горя.

 

Нелепо отождествлять «украинский народ» с режимом Майдана. Однако, именно это происходит повсеместно на Западе; точно также нас хотели убедить в реальном существовании такой фикции как Босния, которая была выдумана СМИ в 80-ых годах. Границы Украины – ни сакральны, ни вечны. Всякая попытка сохранить их неприкосновенность увенчается кровопролитием, также как и двадцать лет назад это случилось из-за искусственных внутренних границ Югославии, установленных Тито. С геополитической точки зрения, Украина – это лишь вторичный вызов для великих держав Евросоюза, причем с нулевыми дивидендами. Для США, Украина всегда была факультативным кризисом. Но для России, также как и для ее сторонников на юге и востоке Украины, это – экзистенциальный вызов, где решается судьба черноморского побережья и промышленного бассейна на востоке [Украины – прим. пер.].

 

Безумие непомерных амбиций

Трезвые отношения с Москвой требуют признания за Россией ее законных интересов в ближнем зарубежье. Такие отношения возможны в случае признания общих угроз - джихада, массовой миграции и демографического кризиса. Сторонники жесткой линии в отношениях с Москвой, кажется, так и не усвоили урок – ответ России на агрессию Михеила Саакашвили против Южной Осетии в 2008 году; тогда Москва впервые со времен президента Картера ослабила позиции Вашингтона. Теперь эти сторонники пожинают те же самые плоды после «путинского разворота» в сторону Азии.

 

Но «внешнеполитическое ведомство» в Вашингтоне лишилось разума. Стоит лишь посмотреть с каким триумфом Вашингтон сообщил «о развороте в сторону Азии». Обыватель может и поверит в то, что азиатское турне президента Обамы в прошлом месяце случилось в момент расцвета неоспоримого могущества США. Визит подтвердил американские военные обязательства в регионе, а также установил новые, которые стали сильным раздражителем для Китая. США побудили своих союзников и прислужников занять позиции конфронтации с Пекином.

 

В Токио президент Обама четко дал понять, что острова Сенкаку (Дяоюйдао), являющиеся на протяжении десятилетий предметом ожесточенных споров между Китаем и Японией, находятся под защитой американо-японского договора о взаимной безопасности. В Сеуле Обама пригрозил Северной Корее новыми санкциями. 28 тысяч американских солдат останутся на территории Южной Кореи на неопределенный срок, а Обама заявил, что США «без колебаний применять силу» для защиты своих союзников. В Маниле был подписан новый оборонный пакт, позволяющий ротацию американских войск, самолетов и кораблей на Филлипинах. Это самое существенное укрепление военного присутствия США с войны во Вьентаме. Обама заявил, что американские обязательства по защите Филиппин не подлежит пересморту. Он поддержал Манилу в ее территориальных спорах с Пекином.

 

Но настраивать против себя двух основных конкурентов – неблагоразумная затея для великой державы. Кризис на Украине продолжается, тогда как ситуация в Азии становится все более взрывоопасной. Участвовать в противостоянии на двух фронтах, так же как и пытаться навязать развязку этих кризисов  – рискованное и опасное дело. Переоценка собственных сил зачастую приводила гегемонов, ослепленных своим высокомерием, к гибели. 

 

Король Испании Филипп II, также как и его некомпетентные последователи, вели чересчур много войн против слишком большого количества врагов. В момент подписания Вестфальского договора в 1648 году, Испания, веком ранее считавшаяся самой могущественной державой, проиграла на всех фронтах и оказалась полным банкротом. Она стала второразрядной державой.

 

Людовик XIV полагал, что мог одновременно угрожать голландцам, Габсбургам и англичанам. Согласно Сен-Симону, Король-Солнце более всего любил лесть и низкопоклонничество «или скорее, лизоблюдство: чем бесстыднее и нелепее оно выглядело, тем больше он испытывал удовлетворения». В результате серии разрушительных войн Франция обанкротилась, а в конце своей жизни Людовик XIV превратился в подавленную личность.

 

Внешняя политика Германии эпохи Вильгельма II свела на нет плоды двадцатилетних усилий своего предшественника – «железного канцлера» Бисмарка.  Непредсказуемая и невротичесая агрессивность, проявившаяся в двух марокканских кризисах,  уступила место дипломатической осторожности и сдержанности. (Критика Сьюзан Райс российского и китайского вето на американские резолюции в отношении Сирии – она назвала их «отвратительными», «постыдными» и «непростительными» – не может нам не напоминать заносчивость имперской Германии). Немецкий кайзер одновременно подтолкнул православного императора в объятия французских республиканцев-масонов и, создавая свой новый флот, настроил против себя Великобританию. В результате, Багдадская железная дорога сделала союзниками Россию и Великобританию.

 

США времен Барака Обамы переняли эту повадку гегемона, которая заключается в  генерации кризисов в разных уголках мира, невзирая на ограниченность ресурсов для их контроля, и невзирая на порочность данной стратегии. На наших глазах формируется откровенно антиамериканский альянс между Россией и Китаем – поздний вариант российско-французского альянса 1893 года – прогнозируемое последствие переоценки своих сил одной из великих держав, плененных чрезмерным высокомерием. Непомерные американские амбиции стали результатом возникновения союза фактически в центре Heartland, воплощением которого стало подписание на прошлой неделе газового соглашения. Россия и Китай не являются естественными союзниками и их интересы, особенно в Центральной Азии, в долгосрочной перспективе расходятся. Но они находят взаимопонимание тогда, когда речь идет о противостоянии американской гегемонии.

 

В начале 70-ых, Генри Киссинджер осознал все преимущества от установления дипломатических отношений с Китаем. Это стало рычагом давления на Москву в период Холодной войны. В это время Советский Союз был более мощным, нежели Народная Республика. Сегодня, напротив, с экономической и демографичнской точки зрения Китай мощнее России. Оптимальной стратегией для США была бы поддержка добрых отношений со слабой стороной треугольника. Однако, у США сегодня нет государственного деятеля такого уровня как Киссинджер. Он бы понял потенциал политики добрых отношений с Москвой как средство сдерживания амбиций Китая в Тихом океане.

 

После подписания газового соглашения стоимостью в $400 миллиардов, господин Путин заявил: «Это самое крупное соглашение в газовой отрасли за всю историю СССР». Более того, данное соглашение, а также пакет новых договоренностей, открывают новую эпоху в борьбе, на кону которой геополитическое равновесие и  фактического возникновения оси Москва-Пекин. Значение Шанхайских соглашений в долгосрочной перспективе может сравниться с итогами визита Ричарда Никсона в Китай в 1976 году.

 

Энергоресурсы – прочная основа, на которой может получить свое развитие российско-китайское сотрудничество и в других отраслях. Президент Си Цзиньпин описал цели соглашения в ясно выраженных геополитических тонах: «Все более ощутимая либерализация партнерских отношений, носящих глобальный характер, основанных на наших общих интересах – условие для достижения равенства субъектов международного права, для поддержания мира на планете и для благоденствия в обеих странах. Это также – неминуемый выбор в пользу развития многополярного мира». Не называя государство по имени, он добавил: «Укрепление военных союзов с третьими лицами мало способствует региональной безопасности».

 

Благодаря этим соглашениям, Путин сохранил международную легитимность, которой его хотел лишить Обама. Он увеличил геополитический вес своей страны. Другие страны БРИКС (Бразилия, Индия, ЮАР) и развивающиеся страны (Индонезия, Нигерия, Аргентина), возможно, не станут заключать открытых союзов с Россией, как это сделал Китай. Но также кажется маловероятным, что они поддержат США в их противостоянии с Москвой.

 

«Мы не видим никакого отношения (к Украине) в соглашении о поставках газа между Россией и Китаем, над которым они работали на протяжении 10 лет», заявил Госсекретарь Джон Керри на пресс-конференции от 21 мая. Можно сказать, что у него хорошее воображение, или что он слабоумен. Во всяком случае, это означает, что противостояние, инициируемое Соединенными Штатами, продолжится. Вместо того, чтобы положить конец кровавому кризису, Виктория Нуланд – один из авторов кризиса на Украине – продолжит оказывать поддержку своим кровавым киевским протеже в военном решении кризиса на Востоке. Вместо того, чтобы успокоить Южно-Китайское море, Вашингтон будет побуждать своих сторонников оставаться дезкими и нахрапистыми. А господа Путин и Цзиньпин сделают выводы: а именно, что у них общий мощный враг –  зловредный режим, редко склонный к разумным действиям.



Публикации      Исследования      Новости

Фотоленты

08.11.2017


21.09.2017

Конференция: "Кризис в Корее: причины и перспективы". ИДС, Париж, 21 сентября 2017 г.
12.07.2017

Круглый стол: "Трамп и Макрон о Сирии: что изменилось?" ИДС, 12 июля 2017 года
21.06.2017

Круглый стол: "Начало конца глобализации?" ИДС, 21 июня 2017 года
24.05.2017

Международная конференция: “Вместе в свидетельстве вплоть до мученичества. Католики и Православные и вызовы 21-го века”, Рим, 24 мая 2017 года
26.04.2017

Презентация книги Пьера Де Лозуна "Евро: начало конца единой валюты?" ИДС, 26 апреля 2017 года

Видео


Наталия Нарочницкая об избрании Эмануэля Макрона
Президент ИДС в сюжете передачи "Постскриптум" с Алексеем Пушковым на телеканале ТВЦ о выборах во Франции и перспективах Евросоюза.


Наталия Нарочницкая. Россия в системе современных международных отношений
Лекция президента ИДС Наталии Нарочницкой на факультете Филологии Университета Комплутенсе в Мадриде 30 марта 2017 года