Язык: Русский     Français     Anglais     Поиск по сайту:

"Проблемы постсоветского Кавказа"

Date de publication: 23.09.2013



 Крылов А.Б.

доктор исторических наук

ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН

президент Научного общества кавказоведов   

ПРОБЛЕМЫ ПОСТСОВЕТСКОГО КАВКАЗА

 

 

         Южный Кавказ - небольшой по площади и населению регион, который превратился в настоящее время в одну из зон нестабильности современного мира. Политика Москвы в этом регионе продиктована тем, что происходящие здесь процессы имеют для Российской Федерации куда более важное значение, чем для других внешних по отношению к региону держав.

         Для России Южный Кавказ является не далекой периферией, а приграничным регионом, который примыкает к наиболее сложной в этнополитическом плане части Российской Федерации – Северному Кавказу. Географическая близость Южного Кавказа и высокая степень его интеграции с Россией определяют ту важнейшую роль, которую играет кавказский фактор в российской политике и экономике.

         Важное военно-стратегическое положение региона предопределило характер тех вызовов, с которыми столкнулась Россия в своем «южном подбрюшье». Поэтому политика России на Кавказе направлена на нейтрализацию имеющихся и потенциальных угроз политической, экономической и социальной стабильности Российской Федерации. При этом внешние и внутренние угрозы тесно взаимосвязаны, так что их нейтрализация требует от российского руководства проведения скоординированной политики на Южном и Северном Кавказе.

         В силу геополитического единства региона, процессы на Южном Кавказе так или иначе отражаются в северной его части, входящей в состав Российской Федерации. Пренебрежительное отношение к российскому опыту администрирования на Кавказе вряд ли уместно, так как Россия веками была и остаётся кавказским государством, имея немалый опыт взаимодействия с народами региона, причём отнюдь не всегда негативный. И в России, и в Европе достаточно быстрыми темпами растут «новые» кавказские диаспоры, сохраняющие тесные связи с регионами традиционного проживания.

         Федеральные и региональные власти в России находятся в активном поиске путей взаимодействия с общественными организациями, выражающими интересы народов, в частности, Северного Кавказа. Например, решён вопрос о финансовой поддержке сирийских черкесов, обучающихся в вузах столицы Кабардино-Балкарии Нальчика, принимаются и другие меры. Такое конструктивное сотрудничество оставляет меньше возможностей для возможных эксцессов и недопониманий, способствует изменению тональности в ходе различных мероприятий. Например, если в 2012 году мероприятия в рамках знакового национального праздника «День черкесского флага» (отмечается 25 апреля) ввиду напряженной ситуации в регионе в Карачаево-Черкесии, прошли с осложнениями, то в нынешнем году ситуация была принципиально иной. Несмотря на сложную ситуацию с черкесской диаспорой Сирии, праздник удался и приобрел важное социальное и культурное значение. Репатрианты из Сирии также приняли активное участие в этом событии[1].

         Сложившаяся практика использования рядом субъектов внешнеполитической деятельности факта проведения крупных спортивных мероприятий для целей дипломатического и пропагандистского наступления против страны проведения данных мероприятий полностью противоречит идеалам Международного Олимпийского движения, правилам и нормам международного гуманитарного сотрудничества.

         Учитывая сложный и драматический характер процессов, происходивших на Кавказе в прошлом и в настоящее время, федеральные власти поддержали выдвинутую общественностью и властями республик Северного Кавказа идею возведения объектов мемориального характера, посвященных важнейшим для Кавказа историческим событиям, в том числе увековечивающих память жертв революций, репрессий и войн. В этой связи проводится источниковедческая, издательская и историографическая работа по возможно полному освещению процесса включения Кавказа в состав Российского государства, Кавказской войны, революций и войн ХХ века.

         Проведение зимних Олимпийских игр в Сочи в 2014 году имеет глубоко символическое значение. Кавказ долгое время был ареной войн и столкновений.  Олимпиада-2014 противопоставляет мрачным и трагическим страницам истории Кавказа идеи мира, гуманизма, дружбы и взаимоуважения народов. Тем самым Россия предлагает народам Кавказа сосредоточиться на мирном созидательном труде и сотрудничестве. Только таким путем можно обеспечить успешное будущее развитие региона. Спекуляции же на трагедиях прошлого могут привести лишь к новым войнам и конфликтам на Кавказе.

         Предпринимавшиеся до и после событий 2008 г. президентом Грузии М. Саакашвили попытки использовать исторические события далекого прошлого, прежде всего тему «геноцида черкесов» для срыва Олимпиады-2014 в Сочи, как представляется, противоречили не только национальным интересам Грузии, но и идеалам, лежащим в основе международного олимпийского движения.  Олимпийские игры изначально являлись символом примирения, представляли собой альтернативу войнам и вражде народов.

После победы на парламентских выборах 2012 г. оппозиционного блока «Грузинская мечта» произошло изменение политики Грузии. Новый премьер-министр Б.Иванишвили высказался за нормализацию отношений с Россией. Грузинское правительство заявило о своей поддержке Олимпиады в Сочи и об участии в ней грузинских спортсменов. Оно отказалось от поддержки антироссийских сил на Северном Кавказе, в том числе тех радикальных черкесских организаций, которые требуют международного бойкота Олимпиады в Сочи. В Грузии было прекращено вещание откровенно антироссийского телеканала ПИК, прекратилась антироссийская истерия в грузинском информационном пространстве, возобновлено вещание российских телеканалов. В свою очередь, и Россия начала делать шаги в сторону Грузии и постепенно открывать свой рынок для грузинских товаров.

         Несмотря на сохраняющиеся между Россией и Грузией разногласия по абхазской и югоосетинской проблеме,     в настоящее время появились реальные перспективы нормализации российско-грузинских отношений, которые отвечают не только интересам России и Грузии, но и долгосрочным интересам Европейского Союза.

         В результате отказа Грузии от поддержки черкесских радикалов попытки последних дестабилизировать ситуацию на Северо-Западном Кавказе и осложнить положение России на международной арене путем спекуляций на черкесской проблеме закончились неудачей. Обсуждение черкесской тематики, в том числе болезненных исторических проблем,  перешло в русло конструктивной дискуссии профессиональных ученых и экспертов.  Это способствовало нормализации медийной ситуации вокруг Олимпиады-2014 в Сочи и создает благоприятную ситуацию для ее использования в целях социально-экономического развития Северо-Западного Кавказа.

         В экономическом плане Южный Кавказ не играет для России такой важной роли, как в плане военно-стратегическом. Небольшой по размерам регион не является важным рынком сбыта для российских экспортеров нефти и газа, промышленной и сельскохозяйственной продукции. Южный Кавказ не относится и к числу «кладовых» природных богатств мирового значения. Вместе с тем, Россия заинтересована в использовании транзитного потенциала Южного Кавказа и дальнейшем развитии транспортного коридора «Север-Юг». Транзит через территорию Азербайджана играет для России важное политическое и экономическое значение. Он позволяет поддерживать связи с Ираном, Индией, государствами Ближнего и Среднего Востока по наиболее короткому и не зависящему от погодных факторов пути (от них, как известно, весьма уязвим морской транзит по Каспию).

         С точки зрения мировой экономики Южный Кавказ представляет интерес не как поставщик природных ресурсов, в том числе энергетических, а как их «транзитер» на мировые рынки.          После распада СССР и образования независимых государств Южного Кавказа США и ЕС получили возможность выстроить новую систему энергокоридоров в обход России и Ирана. Если нефтегазовые экспортные потоки из Центральной Азии пойдут в Европу через Южный Кавказ в обход территории России – она лишится унаследованной от СССР роли их «основного транзитера». Очевидно, что это ослабило бы влияние России в Центральной Азии и на международной арене в целом.

         В настоящее время Кавказ глубоко интегрирован в жизнь России. Кавказский фактор в виде многочисленных национальных диаспор наглядно присутствует не только в крупных городах, но и в российской глубинке. Это результат массовых миграций, начавшихся еще во времена СССР.

         Разделение Кавказа новыми государственными границами привело к появлению новых «разделенных народов» и к беспримерной активизации миграционных процессов. После распада СССР границами оказались разделены многие народы региона, что вызвало многочисленные проблемы и конфликты. Наряду с этническими меньшинствами (осетинами, лезгинами, аварцами и др.) оказались разделенными и «титульные» народы государств Южного Кавказа. Например, азербайджанцы теперь проживают не в двух как прежде государствах (СССР и Иран), а в четырех: в Азербайджане, Грузии, Иране и России. Большинство армян проживают не в Армении, а в рассеянной по всему миру армянской диаспоре (наиболее крупная из них теперь находится в России). Большинство азербайджанцев проживает за пределами своего национального государства – в Иране, их вторая по численности диаспора сформировалась в России.

         Появление государственных границ, ущемленное положение, в котором оказались на Южном Кавказе не принадлежащие к титульному этносу представители меньшинств, многочисленные конфликты на национальной почве и т.п. привели к массовым миграциям из данного региона (как и из постсоветской Центральной Азии) на территорию России.

         Одновременно происходила миграция в Россию представителей «титульных народов», которая под влиянием причин социально-экономического характера также имела массовый характер. В результате после распада СССР в России резко возросла численность азербайджанской, армянской и грузинской общин. В настоящее время их совокупная численность оценивается в несколько миллионов человек.

         Сохраняющий высокий внутренний потенциал конфликтности, чрезвычайно сложный в этнополитическом отношении Северный Кавказ продолжает оставаться наиболее проблемным и уязвимым регионом России. Именно здесь происходила концентрация сил международного терроризма и религиозного экстремизма, в течение нескольких лет существовало непризнанное государство Ичкерия, которое пользовалось поддержкой ряда мусульманских стран и международных экстремистских организаций. Много лет проблема Ичкерии была наиболее опасной угрозой для постсоветской России. Большую роль в этом сыграла политика Грузии, руководство которой предоставляло в прошлом надежный тыл для действовавших на Северном Кавказе антироссийских сил.

         Решение проблемы чеченского сепаратизма стало важнейшим достижением российской политики на Кавказе. Большим успехом Москвы стало не только военно-силовое решение проблемы, но и его юридическое закрепление путем проведенного в Чечне референдума (март 2003 г.). На  референдуме подавляющее большинство избирателей проголосовало за новую Конституцию Чечни, законы "О выборах президента Чеченской республики" и "О выборах депутатов парламента Чечни". То, что подавляющее большинство населения, включая и бывших «умеренных сепаратистов», проголосовало за широкую автономию республики в составе Российской Федерации, стало важнейшим этапом в урегулировании проблемы чеченского сепаратизма.

         Несмотря на постоянно звучащую в России и за ее пределами, зачастую обоснованную критику личности Рамзана Кадырова, теперь очевидно, что его приход к власти отвечал российским интересам. Нынешний президент Чечни не только лоялен центру, но и отстаивать перед ним местные интересы, может держать ситуацию под контролем и, что особенно важно, адекватен местному обществу. В результате тенденция к стабилизации в Чечне стала достаточно устойчивой, что открывает перспективу улучшения политической и социально-экономической ситуации в масштабах всего Северного Кавказа. В случае реального продвижения по пути ликвидации социально-экономического отставания Северного Кавказа от других российских регионов тенденция к его стабилизации может приобрести устойчивый характер.

         В последние годы у России возникли новые проблемы на Южном Кавказе, которые были обусловлены теми изменениями, которые недавно произошли (приход к власти в Грузии нового правительства, новые тенденции в политике Азербайджана, Армении и др.). В результате для Москвы становится невозможным проведение прежней политики и сохранение той системы отношений, которая была создана после 2008 г. (союзные отношения с Арменией, партнерские отношения с Азербайджаном, но не в ущерб Армении, и игнорирование Грузии). От России требуется оперативная и действенная реакция на новые процессы, характер и возможный результат которых весьма сложно прогнозировать. С подобными сложностями столкнутся и другие государства, которые имеют свои интересы в данном регионе.

         После событий 2008 года негативные для России прогнозы развития ситуации на Южном Кавказе и вокруг него не оправдались. США и ЕС, даже после официального признания Россией независимости Абхазии и Южной Осетии, предпочли воздержаться от острой конфронтации с Москвой. Столь беспокоившая Кремль перспектива расширения НАТО на восток и скорое вступление в этот блок Грузии (в разных заявлениях указывались конкретные сроки такого вступления – 2006, затем 2007 год) вроде бы потеряла былую актуальность.

         Причиной столь благоприятного для Москвы развития ситуации стало совпадение целого ряда факторов. Тут и печальные для Грузии результаты событий 2008 г., и смена администрации в США, вызвавшая изменение американской политики на Южном Кавказе, и разразившийся мировой экономический кризис, болезненно сказавшийся на странах ЕС и США. В результате ситуация на Южном Кавказе складывалась для Москвы довольно  благоприятно и она получила возможность значительно укрепить свои позиции в регионе. Главным средством выполнения этой задачи стало сочетание финансовой помощи, наращивания российского военного присутствия и его закрепление на долговременной основе.

         Наибольшую сложность для российской политики на Южном Кавказе продолжают сохранять внешние факторы и процессы, которые могут иметь множество вариантов развития, и которые будут оказывать большое влияние на ситуацию на всем постсоветском пространстве. Не ясны перспективы будущего развития ЕС и возможности выхода из мирового экономического кризиса и как тот или иной из возможных сценариев развития ситуации  повлияет на отношения США и ЕС к России и Южному Кавказу. Не ясно, что будет происходить на Большом Ближнем Востоке в случае сокращения или ликвидации здесь военного присутствия США и НАТО. Нет никакой определенности с тем, как будет решаться ядерная проблема Ирана, в какой мере для ее решения может быть задействован Азербайджан и проблема «Южного Азербайджана», каким образом это отразится на соседних с Ираном странах и регионах.  Не ясно также, сумеют ли нынешние власти государств Южного Кавказа добиться прогресса в решении социально-экономических проблем и укрепить свои политические позиции или эти государства ожидают новые периоды обострения внутриполитической ситуации. Все это осложняет для России выработку новой концепции своей политики на Южном Кавказе.

         В такой ситуации представляется весьма вероятным вариант, когда российская дипломатия на Южном Кавказе в основном будет решать «текущие проблемы», предпочтет воздержаться от разработки долговременных планов «глобального характера», будет реагировать на происходящие события, а не проявлять большую активность в плане превентивного воздействия на ситуацию.

         Южный Кавказ никак нельзя отнести к числу стабильных и процветающих регионов современного мира. Решению имеющихся здесь проблем мог бы способствовать переход от соперничества, и тем более конфронтации между Россией и «коллективным Западом» к политике сотрудничества и взаимодействия в решении сложных социально-экономических проблем Южного Кавказа. В случае улучшения социально-экономической ситуации возникли бы и новые возможности в решении многочисленных политических проблем. Большую роль в этом могло бы сыграть сотрудничество между Россией и Францией.

         Франция имеет собственные интересы на Кавказе уже в силу того, что в ней, как и в России, проживает многочисленная армянская диаспора. За два последних десятилетия нашими странами накоплен ценный опыт взаимодействия по проблемам Южного Кавказа. Россия и Франция являются государствами-посредниками в решении нагорно-карабахского конфликта. Они активно взаимодействуют в рамках Минской группы ОБСЕ, деятельность которой способствует ведению переговорного процесса между Азербайджаном и Арменией с целью мирного решения проблемы. Хотя позиции противоборствующих сторон все еще остаются взаимоисключающими, продолжение переговоров и отказ сторон от возобновления военных действий является несомненным достижением Минской группы ОБСЕ.

         В августе 2008 г. активные посреднические усилия французского президента Николя Саркози дали возможность в кратчайшие сроки прекратить вооруженные действия на территории Грузии. В этом случае позиция Франции оказалась куда более конструктивной и эффективной, чем политика Евросоюза, и в России это очень высоко оценили. Данный пример свидетельствует о том, что Россия и Франция могут совместными усилиями достигать успеха там, где многосторонние и зачастую слишком громоздкие и забюрократизированные форматы могут оказываться не действенными.

         Несмотря на разный подход Москвы и Парижа ко многим международным проблемам, Кавказ продолжает оставаться тем регионом, где есть реальная возможность для наращивания российско-французского сотрудничества с целью преодоления конфликтов, нормализации ситуации и решения многочисленных социально-экономических проблем. Подобное конструктивное сотрудничество отвечало бы интересам как России и Франции, так и интересам государств Южного Кавказа и всех проживающих здесь народов.



[1] Чмеленко Ю. Черкесские национальные праздники как фактор урегулирования споров в регионе // http://www.kavkazoved.info/news/2013/05/29/cherkesskie-nacionalnye-prazdniki-kak-faktor-uregulirovanija-sporov-v-regione.html



Публикации      Исследования      Новости

Фотоленты

19.12.2017


08.11.2017


21.09.2017

Конференция: "Кризис в Корее: причины и перспективы". ИДС, Париж, 21 сентября 2017 г.
12.07.2017

Круглый стол: "Трамп и Макрон о Сирии: что изменилось?" ИДС, 12 июля 2017 года
21.06.2017

Круглый стол: "Начало конца глобализации?" ИДС, 21 июня 2017 года
24.05.2017

Международная конференция: “Вместе в свидетельстве вплоть до мученичества. Католики и Православные и вызовы 21-го века”, Рим, 24 мая 2017 года

Видео


Наталия Нарочницкая об избрании Эмануэля Макрона
Президент ИДС в сюжете передачи "Постскриптум" с Алексеем Пушковым на телеканале ТВЦ о выборах во Франции и перспективах Евросоюза.


Наталия Нарочницкая. Россия в системе современных международных отношений
Лекция президента ИДС Наталии Нарочницкой на факультете Филологии Университета Комплутенсе в Мадриде 30 марта 2017 года